В это время, когда в горы только-только пришла весна, они особенно опасны. И люди, работающие там, — лесники, егеря, смотрители биостанции, метеорологи — несмотря на огромный опыт, постоянно рискуют жизнью. Но человеку несведущему горы кажутся воплощением вечной красоты, неподвластной ни времени, ни стихиям!

— Ой, Ленка, завидую я тебе, такая красотища вокруг! А наш дом словно в яме: с одной стороны гора, с другой стороны гора, а посередине — мостик… Зато тебе до школы целый час добираться. Но ничего, сосед у тебя при колесах, подбросит по случаю. — Верка заглянула Лене в глаза. — А может, мне за ним приударить? Я девка видная, не хуже тебя, на язык бойкая, живо ему зубы заговорю…

— Ладно тебе, и правда слишком бойкая! Пошли лучше с книгами закончим.

С коробками провозились долго: прошел не один час, пока расставили все книги по полкам, разложили и развесили одежду, снесли ненужную посуду в подвал. Развешивали шторы, расстилали большой ковер уже из последних сил. И хотя еще не вся мебель стояла на своих местах, а картины отвернулись лицом к стене, комната уже приобрела обжитой вид.

Светлые обои, на полу ковер цвета осенних листьев и в тон ему шторы на окнах создавали ощущение покоя и душевного комфорта. Вера открыла окно. В комнату с мягким дуновением ветерка ворвались ароматы поздней весны: цветущей черемухи, молодой листвы — и горьковатый запах меда, исходивший от высоких кустов, покрытых мелкими белыми цветочками, названия которых Лена не знала.

— Слушай, подруга. — Вера развалилась в новом кресле, положив ноги на подлокотник. — Сегодня у нас банный день, к предкам тащиться неохота. Как ты смотришь на то, чтобы твою баньку обновить?

Попариться было бы здорово! А то мое молодое тело на части разваливается, в баньке мы его и соберем.

— Вера, я еще сама толком не знаю, как там все включается-выключается.

— Ну, это мы мигом! — Верка поспешила на улицу, а Лена отправилась на кухню, вспомнив, что с самого утра, кроме кофе и сока, ничего не держала во рту.