— Сейчас все носят открытые платья, — запротестовала Мюриел, все же слегка покраснев.

— Но тебе они не идут. И если ты думаешь, что вся эта краска на лице делает тебя привлекательнее, то ты просто дура! А волосы… Богатый муж, как бы не так! Да в таком виде ты напугаешь любого порядочного мужчину. Я полагаю, тебе безразлично, как он будет выглядеть, лишь бы у него имелись деньги. Но кто вбил тебе в голову подобную ерунду? Сядь и расскажи мне!

Мюриел послушно села — в присутствии тети Эдит почти все робели — и рассказала ей о Фреде и Диль, добавив, что они, вероятно, не стали бы ссориться, будь у них свой дом. Она еще не успела довести свой рассказ до конца, как тетя прервала ее:

— Они-то должны быть счастливы: ведь они женаты всего несколько месяцев.

— А вот и нет, тетя Эдит: они постоянно ссорятся. А теперь еще из-за ребенка…

— Из-за ребенка? Какого еще ребенка?

— Ребенка Диль… правда, он еще не родился, — добавила Мюриел поспешно. — Сестра винит в этом Фреда. Видите ли, если бы не ребенок, она продолжала бы работать и тогда они смогли бы накопить денег на собственный дом.

— Я не понимаю, ты-то тут при чем?

— Меня беспокоит счастье моей семьи, — произнесла она тихо.

— Поэтому ты решила выйти замуж ради денег? Вот ерунда-то! Ты выйдешь замуж, моя милая, только по любви! Ты создана для этого.

— Я раньше тоже так думала, — с грустью призналась Мюриел. — Но теперь я изменилась. Только представьте себе, сколько хорошего я могла бы сделать, будь у меня деньги. Я бы могла все уладить дома, и, вероятно, положить в банк какую-то сумму на дом для Диль и Фреда.

— Почему ты должна все это делать? — спросила тетя Эдит. — Если Диль испортила свою жизнь, тебе не стоит жертвовать собой, чтобы помочь ей все наладить.

— Но есть еще Дерек…

Тетя посмотрела на племянницу проницательным взглядом.

— Я полагаю, твоя мать думает, что я могла бы ей в этом помочь?