Она еще раз попыталась убедить себя, что не нуждается в нем. Это похоть. Обычная похоть. С ней можно справиться. Страх при мысли о том, что это ей не удастся, был сильней удовольствия, которое она могла бы получить, уступив желанию. То, что произошло между ними, не должно повториться. Она решила сопротивляться. Нос самого начала ситуацией распоряжался он.

Он появился, подобно вспышке солнца, прикосновение его руки обожгло ее, его глаза, передвигаясь по ее лицу и телу с неторопливостью уверенного в себе мужчины, оставили за собой горящий след. Его взгляд пригвоздил ее к месту, ошеломил, лишил уверенности, заставил задрожать. Впервые в жизни она испугалась мужчины.

С самого начала она сопротивлялась. Весь вечер эти глаза преследовали ее, тревожили, смущали, не давали опомниться. А его игравшие на гитаре руки каким-то образом играли на ней самой.

Той ночью она не спала. Все время думала о нем.

А утром, спустившись вниз, обнаружила, что его нет!

Она была вне себя от ярости. И сорвала свой гнев на Дейвиде. Она со злобным удовольствием глядела, как на его беззащитном лице недоумение сменяется обидой, однако в глубине души ей было стыдно. Никогда еще она не испытывала потребности отыграться на ком-нибудь другом.

А потом, заметив вдалеке его высокую, легкую фигуру, она кинулась к себе и заметалась по комнате, словно львица в клетке, злясь, обзывая себя похотливой кошкой! Это похоть, и ничего больше. Грубая, ненасытная, губительная похоть! Переспать и разбежаться. Папочка, купи мне это... Элизабет истерически расхохоталась. У нее полно денег... Но этот человек не продается.