Лила не могла поверить в случившееся. В письмах мать не упоминала о болезни, только иногда признавалась, что очень устает.

Задним числом Лила упрекала себя в том, что не вымолила разрешения вернуться домой, чтобы находиться рядом с матерью. Было очень горько и обидно, что отчим не послал за ней.

Немногочисленные письма сэра Роберта не содержали в себе ничего существенного, кроме одного: он желал, чтобы она оставалась в пансионе.

Когда подошло время возвратиться в Англию, как обещала ей Милдред, она узнала. что должна носить черные платья.

Ей было велено оставаться во Флоренции до тех пор, пока не кончится траур.

Так Лила стала изгнанницей.

По завершении учебы ей некуда было ехать.

Она уже склонялась к тому, чтобы уговорить отчима забрать ее из пансиона, потому что чувствовала себя там крайне неуютно, — остальные ученицы были намного моложе ее.

Однако, на ее счастье, подоспело приглашение итальянской графини.

Бывая в Англии, графиня познакомилась с матерью Лилы, и теперь она предложила девушке переехать к ней.

— Я хочу, милочка, — сказала она, — чтобы вы поселились со мной на моей вилле и продолжали учебу, особенно занятия живописью.

— Я очень люблю живопись! — воскликнула Лила. — Я даже делала копии картины в галерее Уффици.

— В художественной школе я знаю прекрасного педагога, который поможет вам еще сильнее развить ваш талант, — улыбнулась графиня.

Ее предложение показалось Лиле решением всех проблем. Теперь, когда не стало матери, в Англию ее ничто не тянуло.

Лила сообщила в письме отчиму о полученном ею предложении.

Сэр Роберт ответил немедленно.

Он дал согласие на ее переезд к графине и прислал чек на крупную сумму для оплаты дальнейшего обучения. Однако графиня отказалась принимать деньги от своей гостьи, и Лила почувствовала себя богачкой.

Она потратила деньги сэра Роберта на самые лучшие холсты и краски. А еще по совету графини купила несколько красивых платьев.