Приехал поверенный ее дяди, сеньор Эстес. Оказалось, что дядя умер. Теперь опекуном стал Энрике Рамирез. К сожалению, сеньор Рамирез слишком стар и болен, чтобы лично встретиться с ней.

Сеньор Рамирез просил уверить, что положение Катарины не изменится. Она останется в этой школе до совершеннолетия.

Потом у нее будет два месяца, чтобы выйти замуж за бразильца, которого одобрит ее опекун. И тогда она сможет предъявить права на состояние.

Катарина похолодела.

— Что? Что? — переспросила она.

— Разве дядюшка не говорил вам об этом?

— Нет. Я не могу этому поверить. Это невозможно.

Энтес вынул из портфеля завещание, надел очки, прочистил горло и прочел ей нужные параграфы. Невзирая па протестующее шипение матушки Элизабет, Катарина выхватила у него документ и прочитала его целиком.

Все оказалось правдой.

Катарина потеряла самообладание, она стала возражать, повысила голос, стукнула кулаком по столу. Эстес пожал плечами и сказал, что ничего с ним не может поделать. Матушка приказала ей отправляться в свою комнату.

— Вы не можете диктовать мне, что я должна делать! — взвизгнула Катарина. Но конечно, матушка могла. Катарина была не одинока в своем несчастье. В школе было еще несколько девушек старше восемнадцати лет. Одни спокойно готовились стать покорными женами. Другие собирались принять постриг.

Катарина хотела лишь получить наследство и жить своей собственной жизнью.

Она даже подумывала убежать из школы, но у нее не было денег. А наследство — единственный шанс обрести свободу.

И вот всего одна ночь отделяет ее от долгожданного совершеннолетия. И она уедет отсюда, уедет далеко… Катарина затаила дыхание.

Настанет утро, и она выйдет за ворота свободным человеком. Больше никто не сможет диктовать ей, как жить, не заставит соблюдать суровый свод древних законов.