Снова взглянув в сторону усилителя, она заметила блеск серебра в его ухе и угольно-черные волосы, собранные на затылке в длинный хвост и еще… Казалось, на лбу у него было написано слово «опасность»…

Тут где-то в глубине бара раздался звон стекла, и это отвлекло ее внимание. Подобные заведения напоминали по вечерам пороховую бочку — в любой момент мог по следовать взрыв. Увидев, что Лысый уже направляется к дерущимся, Фейт успокоилась и снова покосилась на стоявшего у сцены незнакомца. Он был явно не из тех, кто устраивает скандалы, и, возможно, никто, кроме нее, не обратил на него внимания.

Вскоре выяснилось, что Лысому так и не удалось на вести порядок. Минуту спустя снова вспыхнула ссора, и на сей раз прогремел выстрел. И тотчас же раздался женский визг, закричали мужчины, и танцующие, расступившись, отхлынули к сцене. Вероятно, кто-то из них задел распределительный щит, потому что внезапно погасли освещавшие сцену прожекторы и все лампы в глубине бара.

Фейт вскрикнула от неожиданности и, зацепившись в темноте за провод, не удержалась на ногах… Она поняла, что падает вниз, прямо на толпу у сцены… и вдруг почувствовала, как чьи-то сильные руки подхватили ее и понес ли куда-то в сторону от вопящей толпы.

Наконец ноги ее коснулись пола, и Фейт вздохнула с облегчением. В следующую секунду она услышала над своим ухом приятный мужской голос:

— Ну и вечеринку вы тут устроили…

Голос показался ей знакомым. Более того, она была почти уверена, что в прошлом не раз слышала его — вот только где?.. И почему этот бархатный голос вызывает у нее какой-то странный трепет?

Стараясь держать себя в руках, она проговорила:

— Ничего особенного. Скоро зажгут свет.

— Эй, Фейт, ты в порядке?! — раздался голос барабанщика.

— Все хорошо, Томми. Правда, не знаю, как быть с микрофоном. Может быть, Арти следовало бы отключить усилители, прежде чем включат свет. Может случиться замыкание.