Но логика Хоуп не произвела на Тинка никакого впечатления. Он лишь сильнее завилял хвостом, и, только дверь приоткрылась, ворвался внутрь, повизгивая, и побежал по дому, проверяя знакомые запахи. Заскочив на кухню, Тинк тут же вернулся назад и подбежал к Хоуп, как бы пытаясь сказать: "Я все проверил, все в полном порядке". Хозяйка погладила его и повесила пальто на вешалку в коридоре, облегченно вздохнув: дома она чувствовала себя в полной безопасности. Оглядевшись, Хоуп подумала, что у нее красивый дом. Не огромный, не шикарный, но красивый. Из окон открывался прекрасный вид на озеро и горы. Большой каменный камин мог согреть все два этажа, а двойные вентиляторы на потолке — разогнать собравшийся вверху теплый воздух по всему помещению. Фикусы, папоротники и другие комнатные растения придавали интерьеру дома какую-то свежесть. Пол был сделан из широких досок, отполирован до золотистого цвета и покрыт плотными пушистыми ковриками роскошных голубых и зеленых расцветок. Изящная винтовая лестница поднималась на второй этаж, ее белые перила переходили в ограждение площадки второго этажа. На Рождество она всегда украшала их гирляндами и ветками — выглядело это потрясающе. На втором этаже были две спальни: одна с примыкающей к ней ванной комнатой и другая, маленькая, из которой когда-то собирались сделать детскую. На первом этаже рядом с кухней была еще одна большая спальня. Ею пользовался отец — он говорил, что ему тяжело подниматься на второй этаж. Таким образом, у них появилось больше возможности для уединения. Кухня была просторной и удобной. У окна стоял разделочный столик, который Хоуп обожала, в углу — огромный холодильник с морозильной камерой. В нем хватило бы места, чтобы хранить запас продовольствия для целой армии.