Его дерзость достигла невероятных пределов. Каждый раз, когда Уиндемы или ее родные рассылали приглашения узкому кругу приятелей или знакомых и Адриане в том числе, можно было с уверенностью сказать, что ее одержимый обожатель обязательно появится тоже, под тем или иным предлогом, — хотя бы для того, чтобы поговорить с ней минуту-другую. Бедняжка искренне проклинала тот день, когда согласилась впервые выйти к неожиданно явившемуся в Уэйкфилд-Мэнор гостю. Даже после его нахального предложения руки и сердца, на которое отец Адрианы прямо и без обиняков ответил, что его дочь уже обещана другому, Роджер не прекратил ухаживать за ней.

Но какой бы настоятельной ни была потребность раз и навсегда положить конец надеждам Роджера, Адриана не решалась огорчить его. Временами Роджер казался таким одиноким, всеми покинутым, до сих пор терзавшимся воспоминаниями о своей несчастной юности. И каждый раз, когда Адриана уже была готова разорвать с ним всякие отношения, на ум приходили те беспомощные брошенные создания, которых она вместе со своей давней подругой Самантой Уиндем повсюду подбирала, выхаживала и воспитывала. И проявить жестокость и бессердечие к отчаявшемуся человеку, так нуждавшемуся в крохах доброты, казалось немыслимым.

— По-моему, Гаррисон, этот трусишка вас побаивается, — шутливо предположила Адриана, показывая хлыстом на молодого красавца. — Знаете, его явное нежелание открыто противостоять такому человеку, как вы, для меня выгодно! Не открой вы вовремя дверь, мистер Элстон скорее всего поймал бы меня и заставил бы пожалеть о том неоспоримом факте, что мы с Улиссом оставили далеко позади и его, и эту жалкую клячу!

Роджер, хотя и не был приглашен на ожидавшийся пикник, тем не менее приехал в Уэйкфилд-Мэнор как раз в тот момент, когда за ней и ее приятельницами заехали друзья. Девушке ничего не оставалось делать, кроме как вежливо предложить молодому человеку лошадь из конюшен поместья. Прекрасно зная, что Адриана связана данным другому словом и брачный контракт подписан много лет назад, Роджер тем не менее продолжал упорствовать, будто надеялся одной решимостью устранить соперника и получить желанный приз. Адриана с деланным недоумением прижала к подбородку изящный пальчик.