Единственным объяснением может быть эмоциональная перегрузка, подумала Джессика.

Она не привыкла, чтобы мужчины так на нее смотрели, и его взгляды кружили ее напичканную романтической чепухой голову.

– Не думаю, что это мне подходит, – полузадушенно сказала она.

– Это подходит мне, – ответил Кардал голосом глубоким и соблазняющим, как грех. – Мы забираем его с собой, – сообщил он хозяйке магазина.

Джесс ничего не сказала, чтобы не ставить его в неловкое положение. Но элегантные и дорогие вещи ничего не изменят. Может, ее и выбрали для принца, но принцессой ей никогда не быть. Все, что ей нужно, – встретиться со своей семьей и вернуться потом к своей жизни.

К тому времени, как она переоделась в родные брюки и кофточку, платье было упаковано, и Кардал распорядился доставить остальные вещи во дворец. Когда они вышли из магазина, толпа, собравшаяся снаружи, внезапно взорвалась вспышками фотокамер.

– Кто эта дама, ваше высочество? – спросил один репортер.

– Она замужем, ваше высочество? – выкрикнул другой.

Кто-то сунул в лицо Джессике микрофон.

– Как вы познакомились с принцем Кардалом?

Кардал прижал ее к себе, пользуясь своим телом, как щитом против камер. И нырнул следом за ней в ожидающий их лимузин.

Пытаясь справиться с бухающим сердцем, Джесс взглянула на Кардала. Его лицо выражало неприкрытую и даже пугающую ярость. Что-то подсказывало девушке, что такая реакция не имеет отношения к несанкционированным снимкам и нелестным ракурсам съемки. Тут были затронуты более глубокие эмоциональные пласты.

Поразительно также, куда внезапно пропал галантный кавалер, легко несущийся по жизни.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Папарацци, а сразу после них аудиенция у короля с королевой. Жизнь бьет ключом, хмуро думал Кардал. Когда-то он надеялся, что будет представлять родителям в качестве жены совсем другую женщину, но, спасибо отцу, такого не произошло. Тем не менее время для представлений пришло.