А Кардал заставлял себя сосредоточиться на выполняемой задаче. Прижимаясь к ней, использовал свое тело, чтобы дать ей ощутить власть над животным. Весь следующий час он мучил себя близостью Джессики. Касаясь ее. Вдыхая запах ее волос. Напрягал волю, стараясь притушить разгорающееся внутри пламя, но без особого успеха. А ведь он дал слово не соблазнять ее.

Дать слово было очень просто – ведь он тогда еще не начал желать Джессику.

Гнев снова поднимался в нем, как и прошлой ночью на балконе. Но теперь он понимал причину. С успехом подавляя все чувства последние два года, он негодовал теперь на Джессику, изменившую это.

Кардал обещал не прикасаться к ней и сдержит слово, хотя тот поцелуй раскрыл ему, что можно получить ее, несмотря на прежний отказ. Он сдержит слово, потому что не хочет ее ранить. Сдержит, потому что судьба забрала у него самое дорогое. Стоило ему ночью закрыть глаза, на него обрушивались звуки – визг тормозов, скрежет металла. Жуткий крик Антонии.

Он не мог остановить переворачивающуюся машину. Не мог изменить то, что потерял любимую и вынашиваемого ею ребенка, которого только-только начинал любить. Ни за что он не хочет вновь оказаться таким беспомощным, и потому научился управлять тем, что ему подвластно, – своими чувствами. Лишь подавляя их невероятными усилиями воли, он мог быть уверен – никогда ему не придется терпеть такой муки.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Лошадь неторопливо трусила по горной тропе, а Джессика, махнув рукой на сохранность зада, прилагала все усилия на то, чтобы не вывалиться из седла. Кардал держался рядом с ней, сдерживая своего коня, когда тот стремился вырваться вперед. Всю неделю они потратили на усиленные тренировки, и в конце Кардал объявил, что хотя ее умение невысоко, но достаточно для поездки.

– Тебе надо расслабиться, – посоветовал он.

И лишь насмешливо сверкнул на нее глазами, когда она открыла рот, собираясь все отрицать.