Не получив ответа, Артем направился на кухню за водой для двух, на глазах сходящих с ума, подруг, но на ходу зацепившись ногой за злополучный пакет, едва сам не растянулся рядом с ними, чем вызвал еще больший приступ истерического смеха.

– О-о-о, он же весь твой магарыч разнесет, – всхлипывая от смеха, причитала Марина. – Нечем мне будет подкрепиться после трудов праведных…

– А я тебе ка-а-шки сварю, – успокаивала ее Генка и тоже заходилась в хохоте.

В конце концов, Артему надоело наблюдать за этим безобразием. Схватив Генку на руки, он оттащил ее в комнату и сбросил на диван. Потом вернулся в коридор за Мариной. Та пыталась привстать с пола сама, но, начиная смеяться, опять сгибалась пополам и сползала обратно на пол.

Артем рывком поднял Марину на ноги и встряхнул:

– Да что с вами сегодня такое, трам-тара-рам?

И тут Марина совершенно неожиданно для себя обхватила Артема за шею руками и прижалась к его плечу раскрасневшимся от смеха лицом.

Артем сначала замер, потом нерешительно тронул ее за плечи, а потом стиснул в объятиях так, что у Марины перехватило дыхание и ей уже стало не до смеха. Затаившись, как девочка, она ждала, что будет дальше.

– Боже, как от тебя здоровьем пахнет! – зарываясь в ее волосы лицом и крепче прижимая к себе, прошептал Артем.

– Ах, извините! – раздался вдруг Генкин голос.

Она пулей пронеслась мимо них и, схватив с вешалки пальто, выскочила за дверь. Но очарование момента было уже нарушено – они посмотрели друг на друга и как по команде опустили руки.

– Ладно, мне тоже пора идти, – сказала Марина и, путаясь в пуговицах, стала торопливо застегивать пальто.

Артем молча смотрел на Марину, потом шагнул к ней, отвел ее руки за спину и нашел губами ее губы.

«Никак я Генкин магарыч начала отрабатывать…» – пронеслась в ее голове глупая мысль и пропала, потому что было уже не понятно: кто кому этот магарыч должен, так ей было хорошо… У Марины даже ноги начали подкашиваться.