— О, ясно. — Оливии не удалось скрыть своего удивления.

— Ты, верно, думала, что мы пошлем их учиться, — в голосе Линды появились нотки раздражения. — Это не так легко. Папа собрал последние деньги, чтобы ты могла поехать в колледж, а ты в восемнадцать выскочила за молодого Армстронга.

Оливия молчала. Она и не знала, что отец был готов стольким пожертвовать ради ее аттестата.

— Мы не можем выбрасывать деньги на ветер, — продолжила Линда. — Падеж скота здорово подкосил наши дела. Мы получили компенсацию от правительства, но небольшую, поэтому Мартин пытается убедить папу вложить капитал…

Они дошли до двери отцовской комнаты, и Линда приложила палец к губам. То ли не хотела, чтобы отец ее услышал, то ли решила, что и так сказала достаточно для первого раза.

— Папа. — Линда распахнула дверь. — Ты проснулся? Ливви приехала.

Старик в кресле у окна издал непонятный, едва различимый звук. Оливия обогнула сестру и застыла. Отец весь поседел, левая сторона тела была полностью парализована, речь давалась ему с трудом.

— Привет, папа, — начала она, чувствуя на себе пристальный взгляд сестры. — Как давно мы не виделись. — Оливия тепло улыбнулась.

— И чья в том вина? — замычал Бен Фоли.

— Моя, по всей видимости. — Когда она потеряла ребенка, отец, как и Джоэл, не поверил ее объяснениям. А услышав о разводе, и вовсе предложил ей найти себе другое жилье.

Оливия с Джоэлом жили на ферме. После их расставания Джоэл съехал, но Бен надеялся, что тот вернется, как только Оливия исчезнет из поля зрения. Пустые надежды.

— Теперь я здесь, папа, — с воодушевлением продолжила Оливия. — Как ты себя чувствуешь?

— А как я выгляжу? — фыркнул старик.