– Все это не игрушки, Джессика Тэйлор! – Тори начала закипать.

Ошибкой Тори было полагать, что ее дочь никогда не применит к ней силу. В глазах девочки отражалась паника, пока она пыталась вырваться из захвата. Тори свободно держала дочь, но была не готова к ее сопротивлению. Отпустив девочку, она сделала шаг назад. Как только Джес почувствовала, что ее руки освободились, она развернулась к матери, оглушив ее мощной пощечиной. Удар бал настолько сильный, что Тори припала на одно колено, приложив руку к горящей щеке.

Джей Ти остолбенела. Она никогда не думала, что способна ударить мать, даже учитывая, что она большую часть времени была зла на нее. Ей оставалось только смотреть на упавшую женщину. Джес перевела взгляд на свою руку. Пальцы сжались в кулак, так, что побелели костяшки. Джей Ти развернулась и ударила рукой со всей мощи в зеркальную стену позади нее.

– Почему ты вынуждаешь меня так поступать с тобой? – закричала она, сбегая по лестнице.

Февраль 1982

– Ты серьезно? Ты все еще девственница? – Тэйлор удивленно смотрела на Тори.

Обе девушки сидели на ковре в центре их комнаты на третьем этаже. Вокруг Тори были разбросаны книги, а Тэйлор окружила себя эскизами. Как обычно Джин Питней наполняла комнату своим пением. Услышав «Город без жалости», Тори открыла подруге свой секрет.

– Ты не могла бы сказать это еще громче, а то не все на первом этаже тебя услышали, – язвительно проговорила Тори.

– Хорошо… я не могу поверить в это! Сколько тебе? Восемнадцать? – Тэйлор засмеялась еще громче.

Темноволосая женщина успела заметить грустное выражение лица Тори до того, как она отвернулась, чтобы скрыть слезы.

– О, коротышка, прости меня, – Тэйлор казнила себя каждый раз, когда по неосторожности ранила чувства подруги. – Я не знала, что это так для тебя важно.

– Да, важно, – Тори не могла унять слезы, которые все еще капали из глаз.