— Офис мистера Пулмана, пожалуйста.

— Двадцать седьмой этаж, на лифте северного крыла, — бесстрастным голосом ответила ей миловидная девушка за конторкой.

— Спасибо.

Став в очередь к лифту, Пола еще раз мысленно произнесла все, что собиралась сказать продюсеру Эйнджела. Она не намерена принимать подачки от мужчины, пусть даже и очень известного, поэтому собирается лично оплатить все расходы мистера Тейта по ремонту машины.

Сегодня утром она проснулась с головной болью и твердым решением выплатить Эйнджелу все до последнего пенни. С этой целью Пола впервые сняла деньги с банковского счета, который пополняла годами, обеспечивая себе достойную старость. И опять-таки именно с этой целью, используя необходимые связи, раздобыла адрес, по которому пришла.

Лифт пошел вверх. С той же стремительностью, с какой Пола удалялась от первого этажа, улетучивалась ее решимость. К тому времени, когда двери кабины гостеприимно распахнулись, она готова была повернуть назад, но ноги словно сами собой ступили на мягкую ковровую дорожку, ведущую к столу секретаря. И ей ничего не оставалось, как начать это своеобразное восхождение на Голгофу…

— Мистер Пулман, к вам мисс Пола Дайвелл. Она говорит, что у нее дело, связанное с мистером Тейтом. — Голос секретаря по селектору прозвучал сухо и официально, что означало одно: посетительница здесь впервые и не принадлежит к числу тех, кого следовало впускать в кабинет босса без промедления. — Ей подождать?

— Пусть войдет, — распорядился Фил и вопросительно взглянул на Эйнджела. — Надеюсь, эта цыпочка за дверями уже справила свое совершеннолетие, потому что… — Окончание фразы застряло у него в горле. С первого же взгляда, брошенного на вошедшую Полу, становилось ясно, что совершеннолетие она отпраздновала очень давно и уж никак не подходит под определение «цыпочка».

Женщина, представшая перед Пулманом без малейшего намека косметики на лице и с собранными в тугой узел черными волосами, была среднего роста. Вынести суждение о том, насколько хорошо она сложена, мешал серый мешковатый костюм, состоящий из длинной прямой юбки и застегнутого под самое горло пиджака. Единственным украшением, которое мисс Дайвелл позволила себе надеть, были золотые часики в виде кулона, висящие на тонкой цепочке.