– Такого, какой подойдет для вашей машины, – нет. Утром я смогу достать нужный.

– Утром?

– Сожалею, но это все, что я могу сделать. Спокойной ночи. – И Майк ушел.

– Мы не можем найти замену до утра, а ты не можешь ехать с лопнувшим шлангом. Похоже, тебе придется провести здесь ночь, нравится тебе это или нет. – Взяв Кайю под руку, Джошуа потянул ее к дому.

Когда они подошли к крыльцу, раздался оглушительный раскат грома.

– Мне бы не хотелось навязываться, – сказала Кайя, когда они вошли в дом.

– Ты не навязываешься. Кроме того, будет чертовски сильная гроза. В такую погоду я не выгнал бы на улицу даже собаку.

– Ты определил меня в хорошую компанию. Я люблю собак.

Джошуа щелкнул пальцами.

– Я вспомнил, как ты пригрела того бродячего голодного щенка.

– У нас было много общего – оба беспородные и нежеланные гости на ранчо.

– Ты дала ему какую-то высокопарную кличку. Забыл, какую.

– Герцог. Я подумала, что он заслуживает шикарного имени.

– Меня всегда удивляло твое необычное имя. Кайя.

– Меня назвали в честь бабушки-индианки. – Думая о собаке, Кайя вздохнула. – В один прекрасный день Герцог исчез. Ты помогал мне искать его.

– Это была бродячая собака, – мягко сказал Джошуа.

Кайя покачала головой.

– Нет. Он нашел здесь дом и любовь. По своей воле Герцог бы не ушел.

Джошуа ухватился за ее слова.

– Но ты же ушла. Несмотря на наличие дома и любящего человека.

Святой Петр, перечисляющий ее грехи у врат рая, не мог бы высказать большего осуждения, чем Джошуа.

– Ну? Ничего не можешь сказать в свое оправдание?

Джошуа пытается вовлечь ее в ссору? Это ему не удастся. Утром она покинет ранчо, сохранив чувство собственного достоинства.

– Ты ошибаешься так же, как ошиблась я, когда подумала, что нашла здесь любовь и дом. Если ты собираешься копаться в прошлом, я буду дожидаться утра около своей машины.

Джошуа умоляюще поднял руки.