– Я не умею, – попытался увильнуть он.

Но Джози не поддавалась. Она положила его здоровую руку себе на плечо, другую – на талию.

– Я пересмотрела все фильмы с участием Фреда Астера и Джинджер Роджерс, так что могу научить танцевать хоть мула.

Она спела несколько строк из вальса Теннесси.

– Джози, я не думаю, что это хорошая идея.

– Не беспокойся, – прошептала она, осторожно придвинувшись ближе. – Я постараюсь не задеть твое плечо. Кстати, как оно?

Она опять начала петь, слегка покачиваясь и показывая ему первый шаг.

– Танцевать не так уж трудно. Все равно, что играть в чехарду или заниматься любовью.

У него перехватило дыхание. Он двигался по комнате и слышал ее голос, уносивший его мысли в заоблачные дали.

– В танце нужно доверять партнеру и чувствовать его движения. Вот так. Чувствуешь?

Кен чувствовал. Еще как чувствовал! И прикосновение ее маленькой груди, и пушистые волосы, и щекочущее шею дыхание, и маленькие пальчики, лежащие в его ладони. И еще кое-что он чувствовал, но… Вряд ли признался бы в этом даже самому себе. Его бросило в жар, но останавливаться он не хотел.

– Скажи мне вот что, Джози…

А та, продолжая напевать, кивнула.

– Мне интересно, почему девушка, которая так чудесно поет и танцует, живет в горах! – спросил он, выделив последнее слово, стараясь быть очень любезным. – Почему такая девушка, как ты, живет там, где она явно несчастлива?

Она заглянула ему в глаза, потом посмотрела сквозь него, словно увидела нечто, что могла видеть только она одна.

– С чего ты взял, что я здесь несчастлива?

– А ты счастлива?

Джози пожала плечами.

– Не в том смысле, в каком ты думаешь. Обычно дети не любят школу, а я любила, особенно географию и чтение. Мама читала не очень хорошо, поэтому так гордилась мной. Я рассказывала ей о людях и странах, о которых читала, говорила о тех уголках мира, в которых мечтала когда-нибудь побывать…