— Вот как? — произнесла она, не зная, что сказать.

— Именно так, — кивнул Бродо. — Вероятно, нам придется познакомиться заново. Позвольте представиться, еще один трудоголик. — И он протянул Поле загорелую руку.

К своему величайшему неудовольствию, она с готовностью пожала ее, воспринимая происходящее со стороны, будто находилась под гипнозом. В свою очередь, Роже крепко стиснул пальцы Полы. Это было вовсе не мимолетное светское прикосновение, а полновесное рукопожатие, в которое он словно пытался вложить некий смысл.

Какой?

Пола резко подняла голову и взглянула прямо в глаза Бродо. Оба молчали. Потом француз обронил:

— Таким вот образом… — Будто отвечая на немой вопрос Полы. Или ведя ничего не значащую беседу с новой знакомой из ночного клуба. При этом он оглядывал ее, словно оценивая.

Оценивая? Более чем странно. В насмешку, что ли?

Пола выдернула бледные пальцы из загорелой мужской руки.

— Если вы так преданы работе, то что делаете на этом приеме? — спросила она, глядя в сторону. — Ближайшие четыре часа можно было бы потратить с большей пользой.

Шутка вышла не очень удачной, и Роже не засмеялся.

— Могу задать вам аналогичный вопрос.

Пола не стала вдаваться в пространные объяснения.

— Семья, — пожала она плечами. Не рассказывать же французу, что Амелия заманила ее сюда под фальшивым предлогом! Бродо подумает о ней невесть что. Достаточно того, что она сама чувствует себя последней идиоткой. — От приглашений Амелии не так-то просто отказаться. Кроме того, я не виделась с папой со времени проводившегося в его компании собрания по поводу полугодичного отчета.

Роже коротко оглянулся на хозяина дома, по-прежнему предпочитающего держаться поближе к камину.

— Вы работаете у отца? А как же рассказы о вашей самостоятельности и независимости?

— Они вполне правдивы. Просто я продолжаю интересоваться семейным бизнесом.