Полный оптимизма Треньян нарисовал радужную перспективу их совместной работы, а потом сказал, что уже сегодня просит молодого коллегу кое-что переделать и набросать небольшой диалог для второго эпизода.

Филипп тут же сообразил, что режиссер подслащивает пилюлю, готовясь кромсать сценарий, и окончательно озлобился. Мало ему Маргариты, он и меня хочет подмять под себя!

Маргарита, взглянув на набычившегося Филиппа, звонко расхохоталась:

— Стоит ли так нервничать? Неужели вы решили, что я лентяйка и буду плохо играть? Съемки у меня сегодня во второй половине дня, и мне можно покейфовать. Если позволите, я посижу с вами, пока вы будете писать диалог.

— Да-да, посидите, Маргарита, — закивал режиссер. — Заодно порепетируете, прикинете его на себя. Я специально поставил сцены мадемуазель Дюваль на вторую половину дня, у нас с ней возникли кое-какие идеи. Марго с вами поделится, Филипп, и вы набросаете диалог.

Отказать Маргарите Филипп никак не мог и нехотя кивнул: дескать, набросаю непременно, — а сам вслушивался в мелодичный голосок, который весело щебетал:

— Не стоит так нервничать, Филипп! Перед настоящим съемочным днем я лягу в восемь, встану в пять, сделаю зарядку, разомнусь, порепетирую и к восьми буду как огурчик. Не волнуйтесь за вашу героиню.

Филипп с трудом раздвинул губы в улыбке.

— Не сомневаюсь, мадемуазель.

Он досадовал, что не может совладать с эмоциями. Хорошо еще, что их отнесли на счет озабоченности автора судьбой своего детища.

— А роль у Марго пошла! Она умница, — похвалил актрису Треньян. — Да вы и сами увидите. Марго, в три жду вас на площадке. Работайте, друзья, желаю успеха! И мне пора за работу.