— Что, простите? — Джуд захватили возникшие в голове образы: поле боя, кровь и… Синклер в черной кожаной куртке. — О, главный оператор у нас Мел, она будет работать, когда у Деб будут ночные дежурства. Я думаю, что как раз ночью можно отснять самые интересные моменты. Я буду здесь круглые сутки и смогу снимать сама в отсутствие Мел. Я не столь хороший оператор, как она, но я справлюсь.

— И сколько это будет продолжаться?

— Не знаю, — пожала плечами Джуд, — пока я не отсниму то, что мне нужно.

— Серьезная заявка. — заметила Сакс, подумав, представляет ли себе режиссер, насколько тяжело жить по такому графику. — Это непросто в плане времени и сил. Дежурить надо каждую третью ночь и порой всю ночь без перерывов, и этот режим может вымотать вас довольно быстро. На праздничные выходные вроде тех, что приближаются, мы иногда даже переходим на дежурство сутки через сутки в зависимости от количества вызовов и загруженности в операционных. Это означает гигантский недосып.

— Ну вы же как-то это делаете, — подчеркнула Джуд.

— Это моя работа.

— И моя тоже.

Сакс изучающее посмотрела на Джуд и улыбнулась.

— Согласна. Простите мой профессиональный шовинизм.

— Трудно злиться на человека, который так охотно признает, что он болван.

Несколько секунд Сакс молча сверлила режиссера взглядом. Джуд не отвела свои зеленые глаза, сверкавшие от читавшегося в них вызова, и Сакс подумала, что же такого было в этой женщине, что так цепляло ее. Может, дело было в том, что она ни перед чем не капитулировала?

— Не боитесь, что оскорбите меня и я перестану с вами сотрудничать?

— Что-то я пока не заметила, чтобы вы со мной сотрудничали, — расхохоталась Джуд.

— Хорошо, постараюсь делать это более заметно, — сухо ответила Сакс, но в ее голосе послышалась игривая нотка.

— Знаете что, доктор Синклер, расскажите мне о том, кто ваш враг, — попросила ее Джуд, мысли которой все еще были заняты военными сценами.