— Конечно. Я пробуду там до завтрашнего утра, но если они будут настаивать, чтобы я остался дольше, полагаю, придется подчиниться.

— Не думаю, что это понадобится.

— В таком случае, я оплачу счет и заберу лодку завтра. Можно ли здесь найти кого-нибудь, чтобы погрузить лодку на прицеп и помыть ее?

— Безусловно, сеньор. Это будет стоить шесть долларов. Вам лучше прийти пораньше, во время прилива, когда у аппарели много воды. Извините... — Она обернулась к электронному пульту. Говорила она на разговорном испанском так быстро, что я не мог уловить смысла. Потом положила микрофон и вздохнула.

— Это капитан катера, которого я послала на поиски. Он говорит, что там очень темно, и он ничего не нашел. Я сказала, чтобы он возвращался. — Она пожала плечами. — Если люди будут брать такие маленькие лодки в такую плохую погоду... Их невозможно убедить, что это слишком опасно, сеньор. Они видят воды залива такими спокойными утром, что никак не могут поверить, во что они превращаются вечером.

— Без сомнения.

Я вернулся к причалу, чтобы забрать из лодки снаряжение, хотя здесь у меня, как, впрочем, и ни у кого, с кем я разговаривал, не было неприятностей с мелкими кражами. Снасти, которые в Штатах пропали бы со стоянки в течение часа, в Сан Карлосе могли благополучно оставаться на борту неделями. Но было бы просто несправедливо искушать совесть какого-нибудь бедного мексиканца парой дорогих удочек и мощным биноклем.

Подняв все хозяйство на причал, я проверил концы и поправил парусиновые бамперы, чтобы лодка не терлась о причал. Потом я подошел к алюминиевому ялику, пришвартованному кормой.