Еще одна пуля прошла мимо, опять слева. Видимо, он поставил на то, что я выровняю ход лодки в сторону открытого моря. И проиграл. Но все, что он потерял, это патрон стоимостью несколько десятков центов или песо, в зависимости от его национальности. Если бы проиграл я, то получил бы приличную дырку в голове.
После выстрела я резко переложил штурвал влево, следуя за всплеском пули в надежде, что сейчас он не будет к этому готов. Он не был готов. Третья пуля шлепнула по воде далеко по правому борту. Я заметил, как наверху блеснуло стекло: оптический прицел. Все правильно. Сейчас пора было попробовать что-нибудь новенькое, пока я не перемудрил и не нарвался на один из его выстрелов. Неплохой мыслью было вернуться в море. В новых обстоятельствах погода заботила меня меньше всего. Когда нос лодки достаточно отвернул от берега, я резко двинул рукоятку газа вверх до упора. Восемьдесят пять лошадиных сил взревели. Ускорение отбросило меня назад, на место рулевого, представляющее собой встроенный ящик для аккумуляторов с сиденьем наверху.
Взятая мной взаймы маленькая бомба с ревом понеслась над водой, практически не касаясь поверхности. Мне показалось, что я слышал звук пули прямо за своей спиной, как будто тот, кто собирался меня шлепнуть, был застигнут врасплох моим внезапным прыжком. Прошло несколько секунд. Пора было делать новый финт, но я не отважился. Мы неслись слишком быстро. Раньше я никогда не давал полный газ в течение сколько-нибудь продолжительного времени и совершенно не был уверен, что лодка при попытке поворота не сделает сальто.