Уилкс отшатнулся: злость захлестнула его. Он крепко схватил Джул и ударил ее по лицу. Джул упала как подкошенная.

Она почувствовала пульсирующую боль в челюсти еще до того, как открыла глаза. От этой боли Джул на мгновение забыла, что произошло, но тут же память вернулась к ней. Переведя дыхание и резко дернувшись вверх, она поняла, что на ней ничего нет, кроме тонкой простыни. Джул натянула ее до подбородка.

— Ладно, успокойся. Я не думал, что ударю тебя так сильно. Челюсть не сломана. Я не совсем дурак.

— Канола, моя подруга… — прошептала она.

— В безопасности, — спокойно подхватил Джеймсон. — Мои люди вытащили ее из воды до того, как она успела утонуть, и… доставили на берег. Тебе больше нечего о ней беспокоиться.

— Я вам не верю. Он пожал плечами:

— Не хочешь — не верь. Но зачем мне врать, дорогая моя? — Конечно, местная сука утонула, но его люди действительно пытались спасти ее, правда, совсем не для того, чтобы доставить на берег.

— Кто вы? — Оцепенев от ужаса, Джул уставилась на человека, развалившегося на стуле напротив нее.

— Капитан Джеймсон Уилкс к вашим услугам, мадам. А вы кто?

— Джулиана Дюпре. Моего отца зовут Этьен Дюпре, он священник в Лахаине. Сейчас же возвратите меня на берег, сэр! — в бешенстве вскричала она. Простыня соскользнула с плеч, и Джул быстро натянула ее обратно.

— Ты очень уязвима, Джулиана, ты должна это понять… Кстати, очень хорошее имя. Оно тебе идет. — Он приблизился, пристально вглядываясь в ее глаза. — Знаешь, ты подходишь мне, очень подходишь.

Джул молча смотрела на него. Она слышала про страшных людей на китобойных судах: отец не жалел громких слов и проклятий, говоря о них, рассказывая в красках об их жестокости и развращенности. И вот она столкнулась лицом к лицу с одним из таких, более того — лежит в его постели абсолютно нагая. Это не укладывалось в голове.