На следующее утро она проснулась с твердым намерением настоять на том, чтобы Алекс отвез ее в город. Но за завтраком Диего сообщил ей, что хозяин работает в своем кабинете и освободится не раньше ланча. Втайне обрадовавшись этой очередной отсрочке, Барбара воспользовалась случаем поплавать в бассейне, а затем понежиться в горячей ванне.

Она словно раздвоилась: одна часть ее тяготилась этим бездействием, требуя вернуться в Вегас и продолжать посещать игорные дома в надежде обнаружить хоть малейшую деталь, связанную с убийцей брата. Но другая часть поддалась очарованию дома Алекса. И, вынуждена была признаться она себе, самого Алекса.

Вторую половину дня они провели вместе, гуляя по пустыне. Он рассказывал ей увлекательные истории о тех богатых и знаменитых людях, с которыми ему доводилось играть в фешенебельных клубах Европы. Исподволь Алекс старался узнать о ней больше, но Барбара все еще была настороже и уклонялась от его расспросов.

Но не поддаться тому чувственному влиянию, которое он на нее оказывал, было невозможно. Алекс больше не целовал ее, но и не упускал ни малейшей возможности прикоснуться к ней: убирал волосы с лица, брал за руку, показывая что-нибудь, слегка касался пальцами плеч, помогая сесть за стол. Барбара вздрагивала каждый раз, когда его взгляд останавливался на ней. Он, казалось, проникал сквозь одежду.

В тот вечер они засиделись допоздна, беседуя и танцуя в огромной комнате со стеклянными стенами. Ее осторожность и сдержанность таяли с каждым мгновением. Барбару необъяснимо и непреодолимо тянуло к нему, и ей так много хотелось рассказать о себе, о своей интересной преподавательской работе, об увлечении испанской историей, культурой и литературой. О своей диссертации «Романтизм в испанской литературе восемнадцатого века», о планах на будущее и мечтах.