— У меня была встреча, — сказал он.

— О, тебе необязательно держать меня, я умею плавать.

— Мне так нравится.

— Ну… тогда хорошо.

Алекс настойчиво привлек ее к себе и снова поцеловал. Господи, как же она нужна ему!

— Ваш ланч, сеньорита.

Алекс оторвался от Барбары, обернулся и свирепо уставился на своего слугу.

— Диего, убирайся!

Диего красноречиво пожал плечами: мол, она постоянно хочет есть, что я могу сделать?

— Прекрати же, черт побери, вламываться сюда каждый раз, когда…

— Я сказала ему, что хочу что-нибудь съесть. — Барбара высвободилась, подплыла к краю бассейна и поднялась наверх. — Спасибо, Диего.

— Я вас понимаю, — ответил Диего, — я и сам люблю поесть.

Она не знала, была его гримаса дружеской или нет, но все равно благодарно улыбнулась.

Выйдя из бассейна, Алекс подошел к ней, сверля гневным взглядом спину удаляющегося Диего. Он хочет Барбару, хочет быть рядом с ней, ласкать ее целовать, и ему никто не должен мешать.

Барбара весело рассмеялась.

— Ты сейчас похож на маленького мальчика, которому сказали, что Рождества в этом году не будет.

Любуясь ее лицом, смягченным лукавой улыбкой, Алекс почувствовал, как внутри у него все сжалось от непривычной нежности.

— Мне следовало бы поколотить его хорошенько, — сказал он мягко, наклоняясь к ней.

— Но ты этого не сделаешь. Ты ведь любишь Диего.

— Да, но непременно надеру ему уши, если он еще раз помешает мне любить тебя. — Он сказал это в ее полураскрытые губы. Прикосновение к этим шелковистым губам заставило его сердце молотом застучать в груди.

— Мы еще не дошли до стадии любви, — возразила Барбара, отчаянно желая, чтобы ее пульс пришел в норму.