— О чем бы ты ни думал, тебе, должно быть, очень больно вспоминать об этом. Это как-то связано с вечеринкой?

Алекс улыбнулся через силу.

— Да, только с другой. Но я предпочитаю все-таки ту, которую мы планируем. — Он прикоснулся кончиком пальца к уголку ее рта.

В его бархатном тоне нет тепла, подумала Барбара. И он не собирается ничего рассказывать о той, с которой у него, похоже, связаны какие-то очень болезненные воспоминания. У Везунчика Мэлоуна, кажется, не меньше секретов, чем у нее.

— У меня нет с собой подобающего случаю вечернего платья, — промолвила она, поднимая руку, чтобы прикоснуться к его щеке.

— Это не проблема. Поедем в город и купим то, что тебе понравится.

— Об этом не может быть и речи, — отрезала Барбара. — Я надену то, что у меня есть. — Барбара направилась к двери. Ни за что на свете я не приму от него одежду или что-то еще. Достаточно того, что бесплатно живу у него в доме.

Алекс нагнал ее и нежно обнял за талию.

— Я сказал не подумав. Беру свое предложение назад. Конечно же, что бы ты ни надела, ты останешься для меня самой красивой женщиной на свете.

— Спасибо. — Она растаяла от его слов.

Барбара закрыла глаза, когда его губы заскользили по ее шее. Горячее дыхание обжигало и дразнило. Его жар проникал внутрь и растекался по жилам быстро, как ртуть, а она, как известно, убивает, попадая в кровь.

Осторожнее, Барбара, ты играешь с огнем! — увещевал ее разум. Везунчик Мэлоун — это сказка, причем короткая.

Смелее, Барбара, ничего не бойся, послушайся меня, шептало сердце. Пока возможно, наслаждайся этими мгновениями счастья.

Она послушалась сердца и повернулась к Алексу, медленно и осторожно обвивая его шею руками. Почувствовав гулкое биение его сердца, Барбара словно унеслась в нереальность. Ее подхватила и закружила такая круговерть эмоций, о которой она и мечтать не смела.