— Не могут. А Эйна смогла!

— Ты нарушил ее условие, — смеясь, пояснил Бэрл. — Что она сказала-то хоть?

— Нашел себе хранительницу, вот пусть она тебя и хранит.

— О! Значит, верховная себе другого молодца присмотреть уже успела, — паскудно хохотал боцман.

— И что мне с этой обузой делать? Может, за борт?

— Совсем из ума выжил, кэп?! Она ведь-ма! Ты понимаешь, ведьма! Где еще такую поддержку найдешь?

— Ладно, пусть остается, — безразлично ответил капитан.

— Ой, как интересно-то! — Дани взмахнула руками. — Значит, ты теперь с нами! Здорово! Мне теперь будет с кем поговорить!

— Угу, — буркнула в ответ.

Ой, и влипла же я! Что мне теперь делать? К ведьмам путь теперь заказан. Это ж надо было увести жениха у верховной… Это ж надо же было такому случиться! Ой, сестры, сестры! Как я смогла то во все это влезть? И ведь никто не ответит. Правда, во всем этом есть хотя бы один плюс — я наконец-то точно знаю, что со мной будет. Буду жить здесь, на корабле, ну и служить по мере сил. А что дальше… покажет время.

Давненько я не чувствовала себя так глупо и неуверенно. Я сидела в каюте капитана и ждала, когда же Соленый соизволит появиться. В том, что мужчина прилет, я не сомневалась: ему надо было объяснить мне мое положение на корабле — этого требовали порядок и честь. Уж кто-кто, а Соленый живет по чести, в этом я теперь не сомневалась. Ждать пришлось долго. Уже хорошо после полуночи дверь со крипом растворилась и пустила внутрь каюты капитана. Выглядел он, надо сказать, не важно. Я даже в слабом свете масляных ламп видела, какими нездоровыми кажутся его глаза. Вообще, на какой-то миг мне показалось, что за несколько часов, что прошли с нашего посещения острова Кафэн, мужчина постарел на добрый десяток лет. А может, так и есть? И довольно юный вид капитан имел лишь из-за благословения Эйны? Быть может…