– Поделись, – сказал он, – какое же имя ты себе выбрал?
– Что же, – ответил Дон. – Оно короткое, но звучит сильно и решительно. "Палач". Как тебе?
– Во всяком случае, лучше, чем "Ослиная задница", – пробормотал Бернардо.
– Что?
– Ничего. А наряд ты себе уже присмотрел?
– Окончательно я пока не решил, – признался Дон. – Возможно, это будет отороченный мехом комбинезон из коричневой замши с яркими аксессуарами.
– Ну с этим ты уж точно затеряешься в толпе, – закатив глаза, простонал Бернардо. – Но почему бы тебе не облачиться с ног до головы в черную лаковую кожу, включая, естественно, головной убор и высокие сапоги.
– Отличная идея! Заметано! – с широкой ухмылкой воскликнул Дон.
– Я всего лишь пошутил, Донни, – с отчаянием в голосе произнес Бернардо.
– А я нет.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Вне зависимости от того, какое впечатление произвело на вас наше с Нунцио отношение к закону и порядку, имеется черта, которую мы, как правило, стараемся не переступать. В частности, мы никогда не лжем боссу. В своих докладах мы можем опустить кое-какие детали, но делаем это лишь для того, чтобы не ставить его в затруднительное положение. От беспардонного открытого вранья мы шарахаемся, как от чумы. Отчасти мы поступаем так потому, что знаем: если в Синдикате вас уличат во лжи, обвинений в лжесвидетельстве в ваш адрес ждать не приходится. Наказание будет гораздо более грубым и скорее всего необратимым.
В свете этого я не жаждал просить босса о новом поручении, не дав ему знать, что происходит. Такая задача требовала тонкого подхода и деликатности, чему я в ходе своей трудовой деятельности так и не научился, ибо подобные качества требовались от меня крайне редко.
Тем не менее, понимая, что сделать это необходимо, и сделать именно мне, поскольку все это моя затея, к посещению босса я подготовился чрезвычайно тщательно. С помощью Нунцио я сочинил вполне правдоподобную легенду, способную выдержать почти все вопросы. За перекрестный допрос третьей степени я, конечно, поручиться не мог. После этого Корреш подсказал мне, как лучше изложить предложения в письменном виде. В результате наших совместных упражнений на свет появился пергаментный свиток довольно внушительного вида.