А если у меня окончательно не поехала крыша, то из стойла на меня пялится самый что ни на есть настоящий дракон. Короче: прежде чем раззявить пасть, я хочу узнать, перед кем выступаю. Тебя и Нунцио я знаю, но что касается этих... – Она потрясла головой и погрузилась в мрачное молчание.

– А как понимать "Мухобой", Гвидо? – поинтересовалась Маша.

– Это мое старое армейское прозвище, – сказал я, отмахиваясь от возможных дальнейших вопросов, и обратил все свое внимание на кузена: – Нунцио, а я-то думал, ты все объяснил ребятам, когда мы собрались у Абдулы.

– Ты просил сказать им, кто такой Абдула и почему он девил, – пожал плечами Нунцио. – Я и рассказал им, что наша работа на босса связана с путешествиями в иные миры, где нам приходится иметь дело с различными странными созданиями, и что время от времени некоторые из этих странных созданий прибывают в наш мир. Я сказал, что эти создания могут быть хитрыми или мерзкими, а иногда совмещать в себе оба качества. Я предупредил ребят, что если появится кто-то другой, похожий на Фрумпеля, то пусть для разборки они оставят его нам.

– И это все? – спросил я. – Неужели ты ничего не рассказал об измерениях и путешествиях между ними?

– В то время мне показалось, что это будет избыточная информация, – ответил кузен. – Они вполне удовлетворились услышанным.

Мне было трудно в это поверить, особенно учитывая страсть Нунцио бесконечно трепаться обо всем, что попадает в поле его зрения.

– Ну хорошо, – сказал я. – Тогда было тогда, а теперь мы имеем теперь. Думаю, тебе стоит ради Оссы удариться в подробности, уделив при этом особое внимание игрокам, которые в данный момент находятся в комнате.

– Без проблем, – кивнул Нунцио и, повернувшись к Оссе, завел: – Понимаешь, те миры, о которых я упоминал, на самом деле называются измерениями.