Она, с трудом заставив себя двинуться с места, пошла к трапу. Джина знала, что все на нее смотрят, но при этом чувствовала лишь одну пару глаз…

Чья-то рука помогла ей подняться по ступенькам сходен. Девушка не видела, кто ее предложил, но по электрической искре, пробежавшей по всему телу от этого прикосновения, поняла, что это был он. Джина подняла голову и вновь погрузилась в его глаза — такие бездонные и такие зовущие…

— Добро пожаловать на борт! — услышала она голос, прозвучавший не совсем естественно. Остатки самообладания мгновенно покинули девушку. На лице задрожала неуверенная улыбка, а ее голубые глаза вопросительно смотрели в его карие, пытаясь прочесть в них ответ.

— Спасибо… — только и сумела сказать Джина, сделав стоивший ей огромных усилий шаг в сторону. И тут же услышала за спиной голосок гримерши:

— Привет! Меня зовут Кэтлин. А если вас интересует эта девушка, то ее имя — Джина.

— Очень рад, Кэт, — уже спокойнее ответил незнакомец. — А меня зовут Рей. Рей Хэмилтон.

Рей! Какой музыкой прозвучало для Джины это имя. Оно, бесспорно, очень шло ему. Рей… Она уже мечтала. И впервые в своей жизни пропустила подготовку к подъему парусов, за которой всегда любила наблюдать. Мечты заслонили все. А в центре этого мира грез был человек по имени Рей. Они не заговаривали друг с другом, но Джина постоянно чувствовала его присутствие. Она, как бы настроилась на его волну и могла безошибочно определить, в какой части судна он находится в любую минуту.

Когда начались съемки, девушка долго не могла сосредоточиться. Но поскольку на лице Филиппа она ни разу не заметила раздражения, то решила, что сыграла отведенную ей роль вполне прилично. И все же, как трудно было смотреть в кинокамеру, когда глаза против воли искали совсем другой предмет…

Наконец все закончилось. Наступил вечер, и надо было ехать в гостиницу. Но, как трудно расстаться с этой яхтой! Джине казалось, что она оставляет здесь половину своего сердца…