— Чарли мне что-то говорил о вечеринке, — рассматривая ее лицо, рот, Эрик, казалось, раздумывал над приглашением, затем он отрицательно покачал головой. — Спасибо, но это было бы неразумно.

— Неразумно? — его ответ удивил и разочаровал Эшли. — Но почему «это было бы неразумно»?

— Потому что… — он колебался, не зная, что сказать, запустив при этом руку в свою густую шевелюру.

Она внимательно наблюдала, как длинные, изящные пальцы захватывают тонкие вьющиеся пряди, и в какое-то мгновение ей показалось, что она сама чувствует шелковистое касание его волос, их нежную теплоту.

Слова Эрика вернули ей ощущение реальности:

— Я не смогу прийти, потому что мне нужно повозиться с кое-какими бумагами, — сказал он. — Я открываю додзо, школу боевых единоборств, и, приступив к делу, обнаружил, что законы штата Мичиган требуют проведения большой предварительной работы, нужно исписать целую гору бумаг.

Эшли знала, что такое работа с бумагами. Она занималась бумагами на службе и часто брала работу на дом. Эшли знала также и то, как важна тишина в те часы, когда ты занят работою с бумагами. Итак, либо Эрик просто ищет отговорку, либо он не представляет, насколько грандиозная готовится вечеринка.

— Будет множество людей, — сказала она, — может быть, целая сотня, если все придут. С девяти часов стены станут ходить ходуном. Я не думаю, что вам удастся поработать.

— Ходить ходуном… — он рассмеялся глубоким и мелодичным смехом.

— И все-таки приходите, — настаивала Эшли. — Сделайте перерыв в своей работе. Я уверена: вы хорошо проведете время.