У Саймона даже дух перехватило. И он ощутил вдруг прилив дикого, необузданного желания. Сквозь ткань рубашки он почувствовал, как твердеют соски Дженифер. Губы их уже тянулись друг к другу, как совсем рядом раздался быстрый топот детских ног.

— Эй, с вами все в порядке? — поинтересовался Ларри. — Ну и смешно же вы выглядите! А вы ее не раздавите?

Саймон отпрянул и поспешил встать. Дженифер, красная и смущенная, последовала его примеру, оправляя юбку, что задралась при падении до мыслимых границ приличия. Однако молодой человек успел оценить открывшееся на миг его взору зрелище, и оно лишило его остатков душевного равновесия.

Хорошо, что дети здесь, подумал он, сдерживая желание истерически расхохотаться. Не то, глядишь, не утерпел бы и занялся любовью с Дженифер прямо здесь, у дороги, на зеленой лужайке. Тем более что Дженифер, судя по всему, возражать бы не стала.

Игра продолжилась, но минут через десять Олли повалилась на траву. Фредди сдался еще раньше, и даже Ларри дышал тяжело и неровно.

— Перерыв, — объявила Олли. — Больше не могу.

Дженифер улыбнулась детям.

— Хотите соку? Бегите в кухню, он в холодильнике. Только пейте маленькими глоточками, а то горло застудите. Я сейчас приду.

Помахав на прощание новому приятелю, троица умчалась в дом, напрочь забыв об усталости. А Дженифер повернулась к Саймону, и на лице ее уже не было ни тени улыбки.

— Да как вы смеете вторгаться в мою личную жизнь? — с места в карьер начала она. — Какое право имеете являться сюда и навязываться моим детям?

Молодому человеку почудилось, будто стальная рука стиснула ему сердце.