— Молод, холост, симпатичен и ужасно занят. Пробыл в офисе всего полчаса, потом умчался наводить порядки.

Женщина мгновение смотрела на дочь взглядом, который Маша называла «рентгеновским», потом отвернулась к плите. И как всегда, обе воздержались от комментариев. Все уже давно было сказано. Маша, в отличие от матери, никогда не заводила служебных романов. Если уж на то пошло, вообще никаких романов.

Маша несколько минут молча наблюдала за матерью, размышляя, сказать той или нет о второй части ее трудового договора. Она точно знала, что мама не осудила бы ее, лишь посмеялась бы и подбодрила. Ну разве что, поморщилась бы при мысли, что дочь за свои интимные услуги будет еще и деньги получать. Сама Наталья Павловна за свою жизнь сменила не мало поклонников, хотя никогда не была замужем. Родила Машу она достаточно рано, и сейчас, в свои сорок четыре года оставалась привлекательной и, более того, очень сексуальной женщиной, чем и пользовалась с большим удовольствием. Работала она секретарем в ректорате госуниверситета, то есть была, если верить старому анекдоту, самым главным человеком в этой организации. Но правда была в том, что несмотря на все это, им не хватало денег на… кое-что, о чем Маша не хотела думать. Так что ее «вторая» зарплата пришлась бы очень кстати, хотя и без нее мать и дочь не пропали бы.

И все-таки Маша не стала распространяться о том, что ее роман с боссом не просто возможен, а, так сказать, активно планируется. Просто чтобы не внушать матери ложных надежд.

Глава 4

На следующий день Маша заняла в метро сидячее место. Прямо перед ней стоял некто мужского пола, в джинсах. Молодой человек читал книгу и ничего вокруг не замечал. Маша тоже пыталась читать книгу и ничего вокруг не замечать. Вернее, не замечать одну-единственную вещь — то, что находилось на уровне ее глаз. И у нее ничего не получалось. Вместо слов перед глазами вставали неприличные картины, что было бы, если бы замок на его джинсах расстегнулся, и если бы вокруг никого не было, и если бы…