Ее простое платье из шелка и льна было куплено в Париже, и это чувствовалось. Оно прекрасно сидело на стройной фигуре Венди и скорее намекало на ее женские прелести, чем подчеркивало их, чего нельзя было сказать о женщине, так отчаянно и так безрезультатно цеплявшейся за этого мужчину.

Макияж Венди, так же как ее прическа и парфюмерия, был весьма скромным. Хотя отец не оказывал ей ни моральной, ни финансовой поддержки, она унаследовала от него прекрасную фигуру и отменный вкус. К тому же своим уходом от матери он дал дочери прекрасную возможность из первых рук узнать, насколько глупыми могли оказаться слишком усердные попытки ублажить противоположный пол.

Нет, вряд ли у нее возникнет искушение попытаться увлечь именно данный образчик, решила она, резко меняя свое мнение о его потенциальных возможностях, — настолько самодовольным был взгляд приближающегося мужчины, настолько лишенным юмора и ума. Несмотря на то что Венди тщательно избегала любых форм длительной эмоциональной привязанности к любовнику, ей, как и любой другой женщине, доставлял удовольствие щекочущий нервы ритуал ухаживания, особенно когда ему сопутствовал умный и веселый разговор.

Отведя от него глаза с холодным, отрешенным видом, как бы давая ему понять, что он понапрасну теряет время, Венди прислушалась к звучащим до сих пор позади нее хныканью ребенка и раздраженному голосу его матери.

— Детка, зачем ты сказала, что хочешь в туалет, если это не так? Твой отец… — Внезапно голос женщины изменился, теперь вместо раздражения в нем слышались чувственное возбуждение и приветливость.

— О, Майкл! Откуда вы взялись? Я вас не видела. Рон…