Тори вошла в офис, а Пат последовал за ней, говоря на ходу:

– Мне нужно, чтобы вы как можно скорее разработали символику для вина, которое я намерен производить.

Тори бросила сумочку на письменный стол, отметив при этом, что на автоответчике мигает огонек, означающий, что ее ждет какое-то сообщение.

– Многое зависит от того, что за вино это будет, – ответила она.

– Я думаю, что-нибудь проникнутое ароматом тайны: марсанн или вуанье.

Мысленно Тори не могла не признать, что Пат – не полный профан и знает толк в сортах хорошего вина. В этот край виноделия постоянно приезжали новички, пытаясь создать свой бизнес практически с нуля, но у них не было ни малейшего шанса одержать победу в борьбе с более мощными и известными конкурентами. Судя по всему, Кевин решил работать с редкими сортами винограда, произрастающими во Франции вдоль берегов Роны. Здесь они пока почти не выращивались.

– Недурная идея, – похвалила она. – Я думаю, что сумею разработать для вас что-нибудь необычное, с флером загадки. В наше время выделиться из общей массы производителей становится все сложнее.

– Меня это не слишком беспокоит.

«Что за надутый индюк! – подумала Тори. – Наверняка из того сорта людей, которые считают собственное мнение истиной в последней инстанции, а всех окружающих – идиотами».

– Вам известно, кстати, что девяносто процентов вина в этой стране покупается в супермаркетах, причем – женщинами? А они, приходя в винный отдел, обычно долго стоят в растерянности перед полкой с бутылками и в итоге покупают ту, этикетка на которой понравится им больше всего.

– И что же, наибольшим спросом пользуется те марки вина, на этикетках которых изображены кролики, котята и цветочки?

Что-то в его тоне внушало Тори огромное желание залепить ему звонкую пощечину, однако она тут же напомнила себе, что совершенно необязательно испытывать симпатию к каждому клиенту. Этот болезненный урок она усвоила еще в те времена, когда работала в крупном дизайнерском агентстве Лос-Анджелеса.