Последняя реплика выводила беседу в накатанную колею, по которой Дженет благоразумно избегала следовать.

Сара Литтон умерла пять лет назад. И какого бы мнения ни придерживалась Дженет о своей мачехе в глубине души, какими бы трудными ни были их личные взаимоотношения – но приходилось признать: Маргарет вернула отцу Дженет счастье. А ведь только это в конечном счете и важно. Во всяком случае, так девушка утешала себя.

Однако второй брак Бена Литтона положил конец чаяниям Дженет стать партнером отца в его преуспевающей дизайнерской фирме под Бирмингемом. Маргарет с самого начала дала понять: отныне этот вариант решительно неприемлем. Она не горела желанием постоянно видеть живое напоминание о предыдущей жене своего мужа.

Надо полагать, главным фактором тут стало то самое сходство Дженет с покойной матерью, что так радовало Жаклин. Каждый раз, глядя на падчерицу, Маргарет видела молочно-белую кожу, волнистые светло-каштановые волосы, огромные зеленые глаза с золотыми искорками и изящный рот, готовый в любой миг сложиться в неподражаемую улыбку, что Сара передала дочери. Но все влияние Маргарет на мужа не могло нарушить близости, что существовала между отцом и дочерью.

Что и говорить, Дженет было нелегко смириться с разочарованием и отважно броситься в свободное плавание – на поиски работы. По счастью, ей повезло почти сразу же попасть в агентство, на которое она сейчас и работала. Решительно отметя прошлое, молодая женщина трудилась поистине самоотверженно, без жалоб бралась за любую предложенную работу и выполняла ее с неизменным энтузиазмом и ответственностью.

Семья Флоримонов стала моей первой неудачей, со слабым вздохом подумала Дженет. Нет, определенно – она честно заслужила короткую передышку перед новым рывком. У нее не было каникул уже добрых два года, а в доме крестной желанную гостью будут холить и лелеять. Как приятно вновь, пусть и ненадолго, почувствовать себя общей любимицей, балованной и изнеженной!