Как ни странно, старая обида заявила о себе, и, стиснув зубы, чтобы скрыть боль, он прикоснулся к полям шляпы:

— Приятно познакомиться, мисс Танди.

— И мне приятно с вами познакомиться. Я горничная миз Паркер.

Ник бросил взгляд в сторону Рокси. Кому, черт побери, взбредет в голову приезжать в Глори с личной горничной?

— Танди приехала, чтобы позаботиться о маме, — нетерпеливо бросила Рокси, пригвоздив его к месту своими голубыми глазами. Похоже, она умела читать мысли. — У нее большой опыт по уходу за пожилыми людьми.

Ник неспешно искал ручку.

— Я выпишу вам предупреждение, миссис Паркер.

— Я предпочитаю Тремейн, — язвительно сообщила она.

Ник приподнял брови, но до того как он открыл рот, Марк со вздохом сказал:

— Рокси, просто в следующий раз обращай больше внимания на знаки, ладно?

Танди презрительно фыркнула:

— Я пыталась ей сказать, но вы же знаете, какой она бывает упрямой. Такой упертой, прямо как…

— Спасибо, Танди, — оборвала свою горничную Рокси, перед тем как обратиться к Нику тоном, какой большинство людей приберегают для ответов навязчивым коммивояжерам: — Вы не могли бы поторопиться? Мама нас ждет.

Тому, кто заставит ждать Лилу Тремейн, пощады не будет. Так что лучше не искушать судьбу. Если Нику что и не нравилось в Глори, так это то, что мать Рокси, вдова и мать тех, кто являлись прямыми потомками отца-основателя города генерала Ли Роя Тремейна, считала себя здесь единственной и полноправной хозяйкой. Лила нисколько не стеснялась беспокоить дух своего давно усопшего мужа всякий раз, когда ей казалось, что к ней относятся без достаточного пиетета.

Ник не желал, преклоняться перед этой женщиной и вел себя с ней точно так же, как и с прочими жителями Глори.

— Мне потребуются ваши права и регистрационное удостоверение, а потом можете ехать.