Спустя некоторое время Луси все больше начала склоняться к мысли, что ей следует полностью отказаться от этой идеи. Лучше не будить спящую собаку.

— Признаться, я опасался, что ты не сочтешь меня достойным своего внимания, — вывел ее из задумчивости голос Фреда. — Ведь ты все время крутилась среди художнической богемы и не замечала ничего вокруг, кроме живописи. Но в один прекрасный день все-таки заметила меня. Правда, принцесса? И сейчас... сейчас ты принадлежишь мне. — Фред вновь склонился к губам Луси, чтобы подкрепить свои слова долгим и очень чувственным поцелуем.

Ее сердце опять ускоренно застучало, но это было совсем не то, в чем она нуждалась в данный момент. Больше всего ей сейчас хотелось остаться наедине с собой, потому что голова ее шла кругом и это мешало сосредоточиться на какой-то важной мысли, которая все время ускользала.

— Возвращайся как можно скорее, — напряженно произнес Фред. — Не задерживайся дольше, чем потребуется.

Луси сразу не нашлась с ответом, и это обстоятельство сильно смутило ее. Всего две недели назад она не могла дождаться дня свадьбы, чтобы окончательно утвердиться в роли жены Фреда. Но сегодня словно что-то произошло. Ощущение влюбленности как будто испарилось, а сменившие его эмоции обескураживали Луси.

Конечно, Фред женится на ней вовсе не из-за того, чтобы прибрать к рукам процветающее дело. Разумеется, он влюблен, так же, как и она сама. Разве не тает она в его объятиях? Разве не вскрикивала от удовольствия, находясь с ним в постели не далее как прошлой ночью?

И все же Луси отдавала себе отчет, что ей безумно хочется оказаться подальше от Фреда. Более того, с каждой минутой это желание становилось все сильнее и сильнее. Поездка в Глазго, которая до недавних пор являлась лишь частью заключенного некогда договора, сейчас предстала перед ней в совершенно ином свете. Она стала удобным поводом удрать на время от Фреда и спокойно разобраться в себе самой. Луси питала надежду, что к тому моменту, когда ей нужно будет возвращаться, она уже решит, что делать.