— Ты уверен в этом? — хитро спросила Лана и прищурилась.

Я бросил на неё взгляд и понял, что она что-то задумала, но я знал — пока она не захочет сама рассказать, настаивать бесполезно. Я встал и, взяв поднос, поставил его себе на колени. Подняв крышки с блюд, я сказал:

— Есть отдельно творог, есть блинчики со сметаной, бутерброды с сыром. И на десерт у нас красная и чёрная икра. Что ты хочешь вначале?

— Давай блинчики, а потом я поем творог, — обречённо сказала Лана.

— С какой икрой ты хочешь блинчики? — спросил я.

— Я хочу их со сметаной. Скажи Даниилу, чтобы он не пичкал меня икрой. Я уже не один раз говорила, что я терпеть не могу икру, — она поморщилась.

— Но икра очень полезна, — возразил я.

— Я это слышала подряд два года, пока жила на Дальнем Востоке и в меня эту икру запихивали столовыми ложками. Я сыта ей по горло.

— Хорошо.

Когда с едой было закончено, и я убрал поднос, Лана спросила:

— У тебя много дел или ты можешь побыть со мной?

— Я буду с тобой, — успокоил я её.

— Макс, я сейчас, наверное, опять засну, — Лана виновато посмотрела на меня. — Так что не обязательно сидеть со мной. Если тебе не тяжело, подожди пока я засну, а потом можешь заниматься своими делами. Хорошо?

— Я буду с тобой всё это время.

Я поцеловал её, и лёг на бок рядом с ней. Спустя двадцать минут Лана заснула. Ближе к обеду в комнату открылась дверь, и заглянул Мару.

— Макс, ты не хочешь подкрепиться? — шепотом спросил он.

Я кивнул, осторожно встал с кровати и вышел из комнаты.

— Как Лана? — обеспокоено спросил Мару.

— Спасибо. Всё хорошо. Она скоро выздоровеет.

— Она у нас молодец, — и он улыбнулся. — Ты иди, подкрепись, я позвал Донату, она сейчас придёт, а я пока подежурю возле дверей.

— Спасибо Мару.