Ради себя она никогда не пойдёт на крайности, а ради тебя она готова на всё. Ты не понимаешь насколько это ценно, и если она однажды поймёт, что ты не достоин этого, она всю оставшуюся жизнь будет винить себя за смерти, которые она совершит, спасая тебя. Если ты, ещё, хоть раз сотворишь с ней такое, и даже если Лана будет просить у меня на коленях не наказывать тебя, я поступлю по-своему. Ты будешь жить в самой страшной иллюзии, из всех возможных. Ты понимаешь, о чём я говорю? — Дейм серьёзно смотрел на меня.

— Да, — ответил я. Но я знал, что никакая иллюзия, созданная Деймом, не будет так страшна для меня, как жизнь без Ланы.

— Я рад, что ты всё понимаешь, и рад, что Лана осталась с нами, — Дейм сел в кресло и расслабился. — Если честно, когда Лана пришла сегодня утром ко мне и попросила отпустить её, меня хватило отчаяние. В тот момент я готов был тебя убить. И тебе повезло, что я не знал где ты.

— Я ждал Лану в её комнате.

— Ладно, что было, то прошло, — сказал Дейм. — Но есть ещё один момент — я не могу оставить твой поступок безнаказанным, поэтому, с этого дня ты не имеешь права пить кровь Ланы.

— Хорошо, — это было неприятное наказание, но для меня главным было то, что Лана была рядом со мной, остальное я смогу вынести.

— А теперь иди к ней и помни о моих словах.

Я спокойно принял наказание, надеясь, что чуть позже смогу убедить Лану стать вампиром, а это единственное, чего я хотел больше всего. Но спустя неделю оказалось, что силы нектэрии вернулись к ней. И я понял, что теперь обсуждать этот вопрос с Деймом не имеет смысла. А потом ещё оказалось, что она научилась отгораживаться от всех своим экраном, и давать этот экран всем тем, кто пьёт её кровь. Первое время я думал, что смогу преодолеть этот экран, но и сейчас, спустя два месяца, у меня ничего не получалось. А так хотелось чувствовать эмоции Ланы, и я до сих пор не знал, как убедить её, что не брошу её больше ни когда.