Эпидемии возникают неожиданно в тех или иных регионах и порой также неожиданно прекращаются, без нашего участия. Те учёных, в сознание которых мы успели проникнуть, занимались только разработкой генов. У Лиги по-видимому была другая группа учёных, которая отдельно решала вопросы активации генов, но они умерли раньше и мы не нашли ответа на этот вопрос.

— А разве слипперы не могут покопаться в голове куратора проекта?

— Тут тоже не всё так просто. С помощью твоей крови мы смогли обойти экран над учёными, и слиппер может считывать информацию не с одного человека, — я задумался, пытаясь найти слова, чтобы объяснить это Лане. — Понимаешь, слиппер задаваясь определённым вопросом, видит всех людей, которые работают над этой темой, и здесь проблем не возникает. Но кланы Лиги знают это, поэтому учёных они убрали, а вот с вампирами не всё так просто. Пробиться в сознание вампира и так не легко, и здесь твоя кровь нам здорово помогла, но слипперы не видят связи между вампирами, которые занимаются одной темой. И здесь им уже приходиться работать вслепую. Грубо говоря — надо знать в голову какого вампира залезть, а мы этого не знаем. Наши слипперы упорно работают над этим, перебирая всех вампиров кланов Лиги, но их очень много, поэтому работы двигаются так медленно. Да ещё, — я сделал паузу, и виновато посмотрел на Лану, — им пришлось сделать паузу на три месяца.

Лана бросила на меня взгляд, а потом опять отвернулась к окну. В этот момент из-за облаков выглянула солнце, и она напряглась, а потом резко развернулась ко мне.

— Макс, а вы прослеживали смерти учёных в тот момент, когда я у вас появилась? В какой сфере науки погибло подавляющее большинство учёных?

— Мы уже думали об этом, но выделить конкретно сферу нам так и не удалось.

— Физики среди них были? — хмуро спросила она.

— Да, трое учёных. Лана, тебе что-то пришло в голову?