– Считаешь, что я слишком стар для этого? – В голосе отца явственно прозвучала нотка обиды. – Да я еще дам сто очков вперед любому сопливому молокососу от мыса Канаверал до Мексиканского залива!

– У меня и в мыслях не было сомневаться в этом, – весело заверил отца Дэвид. – Пожалуй, я действительно заеду домой в ближайшую неделю-другую.

– Это будет очень кстати, – обрадовался тот. – Тогда мне не нужно будет посылать тебе твои вещи по почте.

– Какие вещи?

– Ну, знаешь, все это барахло, которое пылится в кладовке с тех пор, как ты окончил школу. Я собираюсь выставить наш дом на продажу, так что придется избавиться от всего лишнего.

– Ты продаешь наш дом?! – Реальность все больше напоминала Дэвиду затянувшийся сон. – Но его построил еще прадедушка!

– Именно поэтому. Сколько можно торчать на одном месте! К тому же, Диди говорит, что колониальный стиль морально устарел.

– Что еще за Диди?

– Диди?.. О, она чудесная девушка, Дэйв. Уверен, вы с ней поладите. Мы познакомились в прошлом году в Вегасе, когда она выступала там в шоу...

– Могу себе представить, – хмыкнул Дэвид.

– ... а потом приехала сюда, в Тампу, и так вышло, что она остановилась в нашем отеле...

– Совершенно случайно, разумеется.

– ... В общем, мы собираемся пожениться в самом скором времени, – закончил мистер Мэттьюс.

Дэвиду показалось, что он ослышался.

– Пожениться?

Доносящиеся из трубки звуки больше всего походили на сдавленное хихиканье.

– Пожениться? – повторил он, пытаясь осмыслить этот не поддающийся осмыслению факт. Отцу уже за шестьдесят, и он не заговаривал о новой женитьбе ни разу со дня смерти матери Дэвида, а с тех пор прошло двенадцать лет! – Пожениться?..

– Что ты заладил как попугай? – взорвался вдруг мистер Мэттьюс. – Естественно, я на ней женюсь. Что еще, по-твоему, может сделать честный человек?

Не валять дурака, подумал Дэвид, но вслух, разумеется, ничего подобного сказать не решился.