Наконец оцепенение прошло. Элекси издала сначала хрип, а затем и крик. Она стала бороться. Ее охватила паника, она извивалась и корчилась в дикой, отчаянной попытке высвободиться, пытаясь пинать, щипать, молотить атаковавшее ее тело. Элекси истерически завизжала и внезапно сильно ударила нападавшего по подбородку. Незнакомец грубо выругался. С опозданием Элекси поняла, что, может быть, ей лучше было не оказывать сопротивления. Кто напал на нее? Что этот человек делал в пустом доме? Она ничего не слышала и не видела, подходя к дому, и вдруг этот кошмар! Кто это — вор, грабитель… или насильник, или убийца? Да, крик, вероятно, ей не поможет. На забытом Богом полуострове никто не сможет прийти ей на помощь, и борьба ее обречена на поражение.
Все-таки Элекси опять закричала и продолжала отчаянно сопротивляться. Нападавший вдруг тяжело задышал, она почувствовала его усталость. Девушка чувствовала его дыхание у своей щеки, теплое, с запахом мяты, и все сильнее ощущала тело, навалившееся на нее, а он, молча, и со знанием дела пытался сломить ее сопротивление. Внезапно незнакомец зажал ее, как в тисках, а руки резко завел высоко за голову. Теперь можно было полагаться только на милосердие Божье…
Слезы жгли ей глаза. Она не может, не может этого допустить! Невероятный прилив энергии позволил Элекси освободить одну руку, и она изо всех сил размахнулась и ударила обидчика, услышав, как в ответ он что-то пробормотал.
Страх был осязаем. Он клокотал в ней, бился в сердце и в душе, а она ничего не могла поделать, просто лежала здесь, как пленница и думала о том, что смерть уже близко.