«Гаррет!»

Он знает меня как облупленного.

– Да? – проворковал я.

«Что ты делаешь?»

– Рассказываю тебе о необычайных происшествиях.

«Эти происшествия в данном случае не представляют интереса. Разве только страсти у тебя снова затмили разум. Ты ведь не думаешь связываться с этими людьми?»

Я хотел наврать, просто чтобы его позлить. Мы этим часто занимаемся, и я, и он. Хорошее времяпрепровождение. Но я сказал:

– Я еще в здравом уме и не позволю юбкам завладеть мною целиком.

«Неужели? Я удивлен и потрясен. Я считал, что у тебя вообще нет ума.»

Разговор у нас не стоит на месте. Обычно это игра в умника и недоумка. Сами решайте, кто здесь кто.

– Один ноль в твою пользу, старик. Я хочу завалиться спать. Если у Дина вдруг снова начнется приступ бешеной энергии и он решит еще раз тебя почистить, скажи ему, чтобы разбудил меня в полдень.

«Утро не мое время. Благоразумные люди не встают по утрам. А то еще не вечер, а ты уже совсем вареный.»

Подумайте сами. Все эти ранние пташки, что они получают взамен сна? Язву. Больное сердце. Безвременную кончину в желудке бездомных котов. Это не для меня. Не для старого Гаррета. Я собираюсь лечь и расслабиться, потому что путь к бессмертию лежит через безделье.

«Жаль, что не удастся как следует отоспаться. Подвиг во имя спасения девицы и героические попытки лишить Рохлю прибыли от продажи пива заслуживают награды.»

– Что вы тут замышляете? Почему это мне не удастся отоспаться? У меня нет других дел.

«В восемь часов утра тебе надо быть у ворот Аль-Хар.»

– Что?!

Аль-Хар – городская тюрьма. Танфер печально известен бездействием закона и правосудия, но иногда появляются такие неловкие типы, которые спотыкаются и сами падают в руки блюстителей порядка. Иной раз какой-нибудь слабоумный на самом деле получает срок.