– Да? В Танфере невозможно быть в полной безопасности. И такие женщины не выходят на улицу без вооруженных телохранителей. Где их телохранители?

– Большинство из них не имели понятия о том, что произошло. Они сопровождали своих подопечных к их друзьям и ушли по своим делам. Что-то здесь не то, но телохранители ни при чем. Хотя, может, на дыбе их память немного прояснится. Но нам не разрешают прибегать к крайним методам. Пока не разрешают.

– Есть какие-нибудь версии?

– Они никуда не ведут. Никто ничего не видел и не слышал.

В Танфере всегда так. Никто ничего не видит.

Меня тошнило, я что-то промычал и заставил себя снова взглянуть на жертву. Она была красавицей, стройная, с длинными черными волосами. Горько, но правда, что острее ощущаешь несправедливость судьбы, когда погибают хорошенькие. Туп смотрел на меня так, словно сейчас я изреку что-нибудь умное.

– Так что вы от меня хотите? Как будто я не знаю.

– Выясните, кто это сделал. Сообщите нам его имя. Мы сделаем все остальное.

Не было необходимости спрашивать, что я за это получу. Он уже сказал. Он держит слово. Я говорил, что он соблюдает правила игры.

– Что еще вы знаете?

– В том-то и дело. Больше ничего.

– Вранье. Ну давайте, Туп!

– Что?

– Этот труп говорит об очень многом. Особенно если и других убили так же.

– Так же.

– Ну вот. Они потрошат жертвы. И собирают их кровь. Здесь пахнет культом дьявола или черной магией. Но если это культ, он не имеет места поклонения, а то тела относили бы туда.

– А если трупы нарочно подкидывают, чтобы их нашли?

– Может, и так. Возможно, нас заставляют думать, что это ритуальное убийство, а на самом деле это дело рук сумасшедших. Или мы думаем, что это дело рук сумасшедших, а это ритуальное убийство. Хотя они наверняка сумасшедшие. В здравом рассудке никто такого не сделает.

– Вы все время говорите они. Вы считаете, что убийц несколько?