– Так ведь он вроде как колдун! – просто ответила хозяйка.
– Час от часу не легче! С вами не соскучишься! То привидения, то колдуны!
– Колдун и есть! – прохрипел извлеченный из зловонных недр колодца мужик. – Только мне не верят, а зря, потому как я, простой, дикий на вид мужик, могу управлять великой силой! Правда, пока мне не всегда удается эту силу в нужную сторону направить. Зло – оно сильнее, оттого и лучше сотворяется. Вот я всю жизнь свою и маюсь, пытаюсь познавать тайны сии, но они сокрыты для меня! – Кондратий удрученно покачал косматой головой.
– Стало быть, ты свои великие тайны в колодце искал! – устало спросил полицейский, которому эта вся история уже порядком поднадоела.
– Точно так! – обрадованно вскрикнул Кондратий. – Там книги бесценные на дне лежат, гниют, плесень их проедает. А в них и сокрыты ключи от тайн потусторонних! – и он с большим беспокойством стал смотреть на дно колодца.
– Ну и как же, по-твоему, они там оказались, эти бесценные сокровища?
– Сам не знаю! Только они не там должны были бы быть, Маргарита Павловна сказывала, что на чердак сарая ее покойный батюшка их запрятал, подальше от непутевого любопытного взора.
– Так и покойный был колдуном? – обратился полицейский к хозяйке дома.
– Господь с вами, батюшка! Наоборот, он человек ученый был, говорил, что все это мракобесие, и Кондратия гнал вон, а книги его поганые из имения в город увез да припрятал. Я и не знала, что они там.
Полицейский помолчал, как будто вспомнил что-то, достал папиросу и, раскурив ее, спросил Кондратия:
– А Маргарита Павловна знала, где книги лежат?
Тот молча кивнул, а Аграфена Тихоновна заволновалась:
– Что вы, сударь, она вовсе ребенком тогда была, что она могла понимать!
Но полицейский уже ее не слушал, нутром почувствовав интересное расследование.
– Ведь если я вас правильно понимаю, – обратился он к старухе, – речь идет о вашей внучатой племяннице, Маргарите Павловне Прозоровой, которая на прошлой неделе была взята под стражу по подозрению в убийстве супруга своего г-на Прозорова, известного промышленника, не так ли?