— В новом доме Джеймса Грэнта. Это писатель, знаешь такого?

Энн на миг потеряла дар речи.

— Э-э… что-то слыхала, хотя читать не приходилось, — выдавила она наконец. — Выходит, ты с ним знаком?

— Да. Мы вместе учились в университете. Ну так как, согласна?

— Гм… да.

— Тогда жди меня в пятницу, часов в шесть. Одевайся не слишком официально. О подарке я позабочусь сам.

Нужно подобрать такой наряд, чтобы меньше всего походить на ночного ворюгу, размышляла Энн перед распахнутыми дверцами платяного шкафа. До этого она взвешивала про себя возможность сослаться на внезапное недомогание и отказаться от участия в вечеринке, но ее манила перспектива легально проникнуть в свой бывший дом. Поэтому она решила пойти.

Что они вообще воображают о себе, этот неприступный литературный деятель и его цепная собака мисс Клачер? Да им просто недостает хороших манер, вот и все! Но этой паре не удастся отмахнуться от Энн словно от назойливой осенней мухи. Последнее слово все равно останется за ней!

Энн остановила выбор на узком алом платье с высоким разрезом на правом бедре, которое держалось лишь на левом плече. Этот эротический наряд был приобретен в Рио-де-Жанейро. Энн была там с отцом во время ежегодного карнавала и видела местных красоток, отплясывавших самбу в подобных платьях.

Переодевшись, Энн вышла на веранду и срезала красную розу с растущего в горшке куста. Вернувшись в комнату, она перед зеркалом закрепила цветок в темных волосах и, отступив на шаг, оглядела свое отражение. Из-за пышности волос ее лицо казалось маленьким, зато зеленые глаза, красиво обрамленные длинными густыми ресницами, напротив, выглядели огромными. Тоненькая стройная фигурка Энн из-за невысокого роста смотрелась необычайно изящно. Алое шелковое платье выгодно подчеркивало прелесть юного тела.

Энн улыбнулась своему отражению, но через секунду нахмурилась. Не слишком ли ярко она вырядилась? Может, надеть что-нибудь попроще?