Тристан не верил ушам. Медленно повернувшись, он увидел прежнего партнера, Монка Буша, напоминавшего темным уродливым лицом средневекового пирата.

— Монк… — слабо пробормотал он.

— Где, Трис, дьявол тебя побери? Бой, иди сюда, он у нас в руках.

Тристан неожиданно споткнулся, и Монк заметил, как по его спине расплывается багровое пятно.

— Бой, проклятый идиот! Ты ударил его ножом! Скотина! Говорил же, поосторожнее!

— Eh! Arrete! Qu'est qui se passe?

Монк выругался. Этот чертов ночной дозор!

— Помогите! Помогите! — завопил Тристан изо всех сил.

— Aidez-moi! Aidez moi!

Раздался громкий резкий свисток. Монк и Бой переглянулись, хором выругались и исчезли. Тристан поглядел им вслед, потом медленно, очень медленно опустился на колени. Как он хотел в последний раз увидеть Лили и детей!

— Лили, — прошептал он, падая ничком.

Только сейчас Тристан осознал, что должен все рассказать ей, убедить, что теперь у них всегда будет достаточно денег для нее и детей… если только она сможет заставить себя хоть немного поступиться своим принципами. Боже, хоть бы в последний раз увидеть ее! Но атому не суждено было случиться. Теперь он не успеет объяснить ей, где искать…

Последнее, что увидел в жизни Тристан, было лицо молодого стражника, наклонившегося над ним.

Дэмсон Фарм, Йоркшир, Англия. Октябрь 1814 года.

Лили сидела на узкой постели, поджав под себя ноги. Тео, Сам и Лора Бет собрались вокруг нее. Все четверо находились в крохотной спальне, одной из тех, что предназначались для слуг, на третьем этаже Дэмсон Хаус. Девушку больше не трясло от страха. После нападения Арнольда, едва не закончившегося изнасилованием, ярость постепенно улеглась, и теперь Лили, по крайней мере, немного успокоилась, обретя способность хладнокровно мыслить. Очевидно, что теперь ни ей, ни детям здесь, в доме сестры Триса, оставаться нельзя. И все из-за мужа Гертруды, Арнольда. Сама Гертруда, неплохо относившаяся к детям, невзлюбила Лили с первого взгляда и находила злобное удовольствие в том, чтобы обращаться с ней, как со служанкой. Скоро она узнает о его любовных притязаниях и, конечно, выставит Лили, а детям, разумеется, не позволят уйти с ней.