Моя привычная жизнь оборвалась за полчаса до полудня во вторник.

До этого момента оставалось тридцать минут.

— Чем травиться будешь? — спросила я у моей подруги и коллеги Стейси, собираясь в перерыве сходить за кофе.

Она оторвалась от монитора и посмотрела на меня. Ее глаза практически собрались в кучку от постоянного мельтешения цифр на экране.

— Джилл, ты в курсе, что ты настоящая спасительница?

— А то.

Я улыбнулась, повесила сумочку на плечо и взяла у Стейси пятидолларовую банкноту.

— Мне латте с двойной пенкой. И одну из этих печенюшек с белым шоколадом. У меня желудок поет от восторга при одной мысли о них.

Обычно Стейси на шоколад не тянуло.

— Ты сегодня не на диете?

— В гробу я видела эти диеты.

— Я могу у тебя позаимствовать эту фразу?

Она расхохоталась:

— Мне стоит ее на футболке напечатать. Эй, Стив! Джилл в кафе собирается. Тебе что-нибудь надо?

Я мысленно застонала. Мне вовсе не улыбалось заполучить длинный перечень разных сортов кофе с пирожными, потому что я ненавидела держать в голове уйму цифр. В отличие от Стейси, моим коньком математика вовсе не была.

Когда же я наконец выбралась из офиса, то в кулаке сжимала желтый стикер с нацарапанными на нем аж четырьмя разными заказами.

Двадцать минут.

В «Старбакс», как всегда, была дикая очередь. Я подождала. Сделала заказ. Подождала еще. Затем, с трудом удерживая в руках кошелек, сумочку, пакет с пирожными и подставку с дымящимся кофе, наконец-то выбралась из кофейни и отправилась обратно. Дорога лежала мимо магазина бытовой техники, в витрине которого выстроились в ряд телевизоры, настроенные на канал новостей. В Европе упал самолет. Никто не выжил. Несмотря на жару, я поежилась и продолжила свой путь.