Ариель вновь расплакалась, ощущая его боль, терзаясь своей.

— Ребенок здоров? — спросил Берк, прижав к себе жену. Алек нерешительно покачал головой.

— Твоя дочь, Алек. С ней все в порядке?

— О да, наверное. По крайней мере никто не утверждал обратного. Сейчас я позову миссис Макграфф. Она устроит вас и подаст чай. Пожалуйста, останьтесь. Метель, возможно, не уляжется всю следующую неделю. Могила Несты покрыта снегом. Я поведу вас туда. Я заказал мраморную надгробную плиту, только она еще не готова. А вот и миссис Макграфф. Пожалуйста, не плачь, Ариель. Берк, еще раз спасибо, что приехали.

Только некоторое время спустя, оказавшись в спальне, Ариель немного пришла в себя.

— Он в шоке, — сказала она мужу. — А я, как назло, превратилась в настоящую лейку, никак не могу перестать лить слезы. О Боже, Берк, бедный Алек. И малышка. Мы должны видеть девочку. Как ее зовут?

Но ребенок еще не получил имени. Алек выглядел совершенно сбитым с толку, когда Ариель упомянула об этом вечером.

— Она должна получить имя, Алек. Нужно окрестить крошку, и как можно скорее.

— Разве она больна?

— Нет, конечно, нет, но это необходимо сделать. Неста выбрала имя для ребенка?

— Хэролд.

— А для девочки?

Алек покачал головой.

— А у тебя нет никаких пожеланий?

Алек ничего не ответил и, задумчиво хмурясь, поднес к губам бокал с вином. Ребенок жив, о нем заботятся. Пронзительные вопли слышны даже здесь! Смайт был прав насчет силы ее легких. А вот теперь эти навязчивые вопросы. Кому какое дело?

— Холли, — выговорил он наконец, пожав плечами. — Холли. Почти Хэролд. Думаю, Несте это понравилось бы.