Перед уходом Барбары и Дани она сказала, что обедать будет с ними в гостинице, и пока шла на встречу с ними, ее переполняла радость успеха, которая разом погасла, когда, подходя к пляжу, она увидела, что рядом с дочкой на песке сидит темноволосый мужчина, а Дани болтает с ним, как со старинным приятелем.

Человек повернулся, и Уиллоу застыла, когда узнала Джордана. А Дани права, подумала она, Расселл и Джордан действительно чем-то очень похожи.

Пока она к ним приближалась, Джордан поднялся, отряхивая с рук песок. Его взгляд изучающе скользнул по ее мертвенно-бледному лицу. Сегодня он был одет в повседневную одежду: белые широкие брюки и такую же просторную белую рубашку. Последняя была выполнена в довольно своеобразном стиле, и она никогда не видела раньше, чтобы что-либо подобное он позволил себе надеть.

Одежда великолепно оттеняла его темную кожу и волосы, и Уиллоу не могла не заметить, насколько он привлекателен. В прошлом она всегда была слишком занята своей ролью жены Расселла, и у нее не было времени, чтобы разглядеть Джордана. Но в течение двух дней она постоянно ощущала его присутствие, и это ощущение ей не нравилось.

Джордан всегда ясно давал ей понять, что к большинству представительниц прекрасного пола относится с презрением. Хотя в сексуальном плане он был в расцвете сил, Уиллоу редко видела его с женщинами, не говоря уже о том, чтобы он приводил их домой. Расселл иногда намекал на несчастную любовь Джордана в прошлом, но ее это никогда особенно не интересовало. Теперь она об этом пожалела. У нее было такое чувство, что с этим человеком лучше иметь все козыри наготове.

— Мамочка! — Лицо Дани просияло, когда она заметила ее. Девочка побежала по золотистому песку, — теплый ветерок разметал ее серебристые косички, — и кинулась в объятия Уиллоу. — Ты сегодня закончила работу? — с надеждой спросила она.